К тому времени в России уже было свергнуто самодержавие, и в отличие от союзников по Антанте, президент США всячески приветствовал русскую революцию и падение царизма. Он вообще не любил империи. Сейчас, сто лет спустя, вообразить такую риторику в устах американского президента попросту невозможно:
«Разве не чувствует каждый американец, что замечательные, радующие сердце события, происходящие в последние несколько недель в России, укрепили наши надежды на будущий мир во всем мире?.. Россия всегда была в основе своей страной демократичной во всём, что касалось жизненно важных традиций её идеологии… Автократия… существовала там с давних пор, обладала ужасающей властью, но ни по своему характеру, ни по целям самодержавие не было русским по происхождению. Сегодня оно свергнуто, и великий, щедрый русский народ во всём своём величии и мощи стал составной частью сил, сражающихся за свободу, справедливость и мир. Это достойный партнер в лиге чести».
В ноябре 1917 г. первым законодательным актом Советской России стал «Декрет о мире», предложивший «всем народам и правительствам» немедленно завершить войну без территориальных и материальных захватов – идею, абсолютно созвучную логике Вильсона. Однако одновременно с этим Ленин, автор Декрета, заявил о намерении рассекретить все тайные переговоры Антанты за 1917 год, что не могло не раздражить англо-французских союзников. Заодно Декрет был дополнен призывом к рабочим всего мира сбросить иго капитала, что сделало любую позитивную реакцию Запада на советские инициативы попросту невозможной. Фактически, обращаясь к правительствам, Ленин в том же тексте звал народ эти правительства свергнуть.
Выступление Вильсона в Конгрессе стало своеобразным «алаверды» на ленинские предложения – значительно более реалистичным и умеренным планом всеобщего мира. Он поддержал идею открытой, публичной дипломатии (также предложенную Лениным), призвал к установлению всемирной свободы торговли и мореплавания, сокращению вооружений до минимума, а также свободному самоопределению народов – как в Европе, так и во всём мире. Один из 14 пунктов был особо посвящён России, и даже самый взыскательный антиамериканист не найдёт в нём попытки ущемить российские интересы:
«Освобождение всех русских территорий и такое разрешение всех затрагивающих Россию вопросов, которое гарантирует ей самое полное и свободное содействие со стороны других наций… принять независимое решение относительно её собственного политического развития и национальной политики и обеспечение ей радушного приема в сообществе свободных наций при том образе правления, который она сама для себя изберёт. И более, чем приём, также и всяческую поддержку во всём, в чём она нуждается и чего она сама себе желает. Отношение к России со стороны наций, её сестер, в грядущие месяцы будет пробным камнем их добрых чувств, понимания ими её нужд и умения отделить их от своих собственных интересов, а также показателем их мудрости и бескорыстия их симпатий».
14 пунктов проповедовали отказ от империализма, национализма и большевизма в пользу демократии. Именно поэтому они не подходили никому. Англии претила мысль о свободе мирового океана, Франция отказывалась заключать мир без многомиллионных денежных контрибуций со стороны Германии, а Советская Россия грезила о всемирной диктатуре пролетариата. Никто из них не собирался разоружаться. «Мудрости и бескорыстия» не получалось, а Вильсона за его стремление к несбыточному братству народов сочли идеалистом.
Тем не менее, когда в октябре 1918 г. поражение держав Оси стало неизбежным, основой для мирных переговоров стали именно эти 14 пунктов. В результате Парижской мирной конференции воплотить из них удалось шесть: вернуть Бельгии независимость, Франции – Эльзас и Лотарингию, Италии – Тироль, создать польское государство и обеспечить Сербии выход к морю. Народы Австро-Венгрии (Австрия, Чехословакия, Венгрия) получили право на создание собственных государств.
А вот проблемы с Германией и Россией были только приумножены. Обе державы на мирную конференцию допущены не были – где же здесь равенство? Германия, задавленная и униженная теми самыми аннексиями и контрибуциями, против которых протестовал Вильсон, очень скоро породит Гитлера. Советская Россия, которую Англия и Франция неудачно попытаются задушить интервенцией, а затем изолировать – Сталина. Попытка выстроить мироустройство без участия Германии и СССР обернётся Второй мировой войной, а потом и третьей – пусть и весьма холодной. Может быть, лучше иногда послушать идеалистов?
Очевидно, что некоторые тезисы Вильсона просто опередили своё время. Человечеству понадобится потерять ещё 50 млн жизней и пережить атомную бомбардировку, чтобы наконец вспомнить и реализовать идею сокращения вооружений. Колониальные империи, противником которых был президент Вильсон, развалятся вопреки желанию их владельцев, а свобода мировой торговли и сегодня остаётся незавершённым проектом. Идея о публичной дипломатии растворится в воздухе надолго и позже породит историю WikiLeaks (см. Документ № 97).
Карикатура 1919 г.: оливковая веточка Вильсона оказалась слишком тяжела для голубя мира
